Проект "Правда о косметологах": ответы на вопросы по теме Ультразвуковой СМАС-лифтинг

В сети довольно известен проект «Правда о косметологах», появившийся как ответ на большое количество недобросовестных специалистов в сфере косметологии. Его создательнице, Стелле Арагонской, в прошлом сделали неудачную ринопластику и с тех пор он делает все, чтобы защитить простых потребителей косметологических услуг от псевдокосметолов.

Так получилось, что проект «Правда о косметологах» и компания «А1 Эстетик» нашли общие точки соприкосновения. Мы заинтересованы в том, чтобы пациенты получали безопасные и качественные услуги аппаратной косметологии, в т.ч. ультразвуковой СМАС-лифтинг.

Стелла Аргонская
Стелла Аргонская,
создатель проекта
"Правда о косметологах"
Смитнева Анна Сергеевна

И недавно на канале «Правда о косметологах» состоялось интервью Стеллы Арагонской со Смитневой Анной Сергеевной — руководитель клинического направления УЦ ГК «А1 Эстетик», врач-дерматовенеролог, косметолог с профессиональной переподготовкой по физиотерапии, основатель клиники красоты и здоровья «Арт-Мед», действующий член общества антивозрастной медицины, куратор и преподаватель направления «Косметология» в АНО ДПО «СИНМО», г. Новосибирск.

В рамках данного материала мы приведем выдержки из этого интервью.

И недавно на этом канале состоялось интервью Стеллы Арагонской со Смитневой Анной Сергеевной — руководителем клинического направления УЦ ГК «А1 Эстетик», врачом-дерматовенерологом, косметологом с профессиональной переподготовкой по физиотерапии, основателем клиники красоты и здоровья «Арт-Мед», действующим членом общества антивозрастной медицины, куратором и преподавателем направления «Косметология» в АНО ДПО «СИНМО», г. Новосибирск.

В рамках данного материала мы приведем выдержки из этого интервью.

Смитнева Анна Сергеевна

В рамках данного материала мы приведем выдержки из этого интервью.

Оглавление

— В чем особенности методики ультразвукового СМАС-лифтинга и кто имеет право работать на данных аппаратах?

— Это тема очень злободневная в силу неоднозначности информации, с которой сталкиваются простые пациенты. Согласно номенклатуре медицинских услуг, ультразвуковой СМАС-лифтинг признан медицинской услугой. Соответственно выполняться он может в клинике, имеющей медицинскую лицензию по профилю «Косметология». Выполнять процедуру может врач-косметолог. По профессиональному стандарту — это либо дерматовенеролог с первичной переподготовкой по косметологии, либо врач, закончивший педиатрический или лечебный факультет и прошедший интернатуру или ординатуру по косметологии. Т.е. это в любом случае высшее учебное заведение, это в любом случае доктор.

Ряд процедур по назначению врача может выполнять средний медицинский персонал (медицинская сестра по косметологии), но к ультразвуковому СМАС-лифтингу это не относится.

Воздействие высокоинтенсивным сфокусированным ультразвуком это то, как называется процедура ультразвукового лифтинга, но мы будем говорить об этой процедуре с позиций ультразвукового СМАС-лифтинга, чтоб она была понятна наибольшему количеству людей.

Залог успешности процедуры HIFU

— Скажите, а в чем преимущество данной методики, пациентам какого возраста она показана, и есть ли у нее какие-то ограничения по возрасту?

— Данная процедура показана пациентам чаще всего достигшим возраста 25 лет и старше. Я привожу пример наиболее молодых моих пациентов. Мы делаем эту методику по показаниям, главным из которых является гравитационный птоз (опущение мягких тканей лица под воздействием гравитации). Эти показания могут быть как у пациента порядка 27-29 лет, в данном случае эта процедура будет носить профилактический характер. Также мы эту процедуру можем выполнять достаточно в зрелом возрасте.
У нее нет ограничений по возрасту, потому что, когда пациент попадает на прием к врачу, врач будет оценивать разные критерии, по которым будет определять на сколько возможным сделать ту или иную процедуру.
Один из критериев — это возможность регенерации и реабилитации тканей, на которые будет проведено воздействие.
Если всё учесть, то возраста, по которому эту процедуру делать нельзя нет. Такого понятия, как «волшебный» возраст, когда эффект будет наибольшим не существует, всё будет зависеть от разного уровня возрастных изменений.
Есть изменения, которые после проведения такой процедуры могут измениться на очень большой процент в обратную сторону.
И наоборот, если все критерии не учли, у пациента были завышенные ожидания, то отзывы могут быть негативные. Для примера, самый возрастной мой пациент был порядка 70-75 лет.

— Скажите, а в чем преимущество данной методики, пациентам какого возраста она показана, и есть ли у нее какие-то ограничения по возрасту?

— Данная процедура показана пациентам чаще всего достигшим возраста 25 лет и старше. Я привожу пример наиболее молодых моих пациентов. Мы делаем эту методику по показаниям, главным из которых является гравитационный птоз (опущение мягких тканей лица под воздействием гравитации). Эти показания могут быть как у пациента порядка 27-29 лет, в данном случае эта процедура будет носить профилактический характер. Также мы эту процедуру можем выполнять достаточно в зрелом возрасте.
У нее нет ограничений по возрасту, потому что, когда пациент попадает на прием к врачу, врач будет оценивать разные критерии, по которым будет определять на сколько возможным сделать ту или иную процедуру.
Один из критериев — это возможность регенерации и реабилитации тканей, на которые будет проведено воздействие.
Если всё учесть, то возраста, по которому эту процедуру делать нельзя нет. Такого понятия, как «волшебный» возраст, когда эффект будет наибольшим не существует, всё будет зависеть от разного уровня возрастных изменений.
Есть изменения, которые после проведения такой процедуры могут измениться на очень большой процент в обратную сторону.
И наоборот, если все критерии не учли, у пациента были завышенные ожидания, то отзывы могут быть негативные. Для примера, самый возрастной мой пациент был порядка 70-75 лет.

— А если конкретизировать, какому типу пациентов вообще не стоит делать? У кого будет самый слабый результат, при каком типе лица или при какой стадии птоза?

— Чтобы было абсолютно нельзя делать эту процедуру – это пациенты при выраженной степени дисплазии соединительной ткани (патологических состояний, обусловленных наследственными или врожденными дефектами синтеза коллагена ). Тогда, когда мы оказываем воздействие на соединительную ткань, мы не можем ожидать от неё правильной ответной реакции.
Также это пациенты со стрессовой кожей. Это синдром, при котором организм на столько подвержен влиянию разного рода стрессов: психологический, психоэмоциональный, физические и другие виды стресса. Это может быть воздействие негативных внешний факторов. Кожа в момент осмотра не готова к агрессивным методикам.

— А как можно подготовить пациента до процедуры? Требуется ли какая-то подготовка предварительная?

— Я как раз к этому сейчас и вела. Что если мы будем опираться на то, кому нельзя делать эту процедуру, то самому пациенту будет сложно отнести себя к какой-либо категории. Для это необходимо иметь понимание, о том, что происходит с кожей лица, мягкими тканями лица и тела. Я рекомендую прийти на прием для того, чтобы определить на сколько действительно ваш организм, ваше состояние кожи на данный момент готово к процедуре. Для этой процедуры должны быть показания.
Наиболее подходящие лица, т.е. морфотипы – это морфотипы с рыхлой ПЖК, это условно большие лица. Т.е. это те морфотипы, при которых происходит гравитационные изменения, разрастание ПЖК. Практически на каждую степень гравитационного птоза мы можем от части влиять.
Есть пациенты, которые не готовы к пластической операции при всех 100% показаниях. Но состояние тканей у него таково, что терапия уже мало, что может. Поэтому мы всё равно оставляем его в терапии, с условием, что мы делаем очень медленные шаги, но об этом договариваемся на берегу.

— Эта процедура может преподноситься, как альтернатива пластической хирургии? Для кого-то это актуально?

— Отчасти да, но я грубого сравнения такого не люблю. Потому что её и будут воспринимать, как альтернативу. Слово альтернатива необходимо держать в кавычках. Мы не можем говорить о том, что мы можем выполнить процедуру, которая будет сравнима по степени эффекта с пластической хирургией. Мы можем говорить о том, что мы можем проводить профилактику возрастных изменений.

— И настолько спрогнозировать результат мы тоже не сможем, как от пластики? Потому что мы не знаем, как поведет себя организм.

— Мы не говорим о том, что мы прогнозируем такого же рода результат. И альтернатива здесь будет в контексте того, что вовремя проведенная процедура воздействия высокоинтенсивным сфокусированным ультразвуком снимает необходимость возможной пластической операции.
В целом я отношусь к ней, как к методике, которая однозначно работает и дает результаты при соблюдении ряда условий.
Выполнять её должен доктор, работающий в клинике. Потому что на приеме доктор подключает свое клиническое мышление. Потому что не может быть случая, когда пациент пришел в клинику, сказал доктору, что он хочет эту процедуру и доктор делает ему эту процедуру, это невозможно. В любом случае будет собран анамнез, будут учтены все показания и противопоказания. И показания учтены будут в большей степени, потому что процедура выполняется только при том, что мы правильно оговорили, что она может для конкретного пациента. И уже можно предположить процент этой результативности. Это в принципе можно сделать.

— Как влияет процедура на возможность выполнения этому пациенту хирургической операции спустя несколько лет? Ткани остаются измененными?

— Любая процедура, в том числе пластическая операция, всё равно меняет ткани. Мы создаем те эффекты в тканях, которые приносят изменения. Наша задача, как терапевтов, с одной стороны, правильно вести пациентов, понимая, что рано или поздно любой человек может стать пациентом пластического хирурга. Также наша задача, как терапевтов (помимо того, что мы ведем его относительно его показаний и противопоказаний), мы должны понимать что нам нельзя сделать его ткань условно нежизнеспособной — перестимулировать, или сделать таким образом, чтобы мягкие ткани, с которыми мы работали «устали».
У нас очень большой арсенал – и физические и химические методы. Есть возможность уйти в состояние, когда превышен порог регенерации. Т.е. мы сделали больше, чем смогли вынести наши мягкие ткани. При соблюдении всех условий, в моем опыте работы, были пациенты, которые в дальнейшем подвергались пластической операции без проблем с ранозаживлением или в ходе операции. Я вела этих пациентов вплоть до операции, и знала пластического хирурга, чтобы могла иметь обратную связь с т.з. того, как проходила операция, какие были нюансы.

— Скажите, а как влияет на процедуру установленные нити или брекеты? На каком уровне происходит само воздействие?

— Само воздействие происходит на уровне мышечно-апоневротического слоя (СМАС-слоя), на уровне подкожно жировой клетчатки (ПЖК) и на уровне глубоких слоев кожи. Это те слои, которые могут участвовать в воздействии. Это не значит, что мы у каждого человека достигаем того или иного уровня. Это те уровни, на которых заканчивается воздействие. Мы не доходим до костных структур, мы не работаем в глубоких слоях мышечной ткани. В целом система установки брекетов или импланты стоматологические не мешают проведению процедуры, за исключением некоторых нюансов. Мы просто используем что-от вроде кап, для большего комфорта пациента. Это не является противопоказанием, мы просто учитываем эти моменты в проведении процедуры.
Что касается нитевых технологий, то разновидность нитей достаточно большая. Для того, чтобы ответить на ваш вопрос надо понимать какая категория нитевых имплантаций была у конкретного пациента. В большинстве случаев при правильном интервале, при понимании в каком слое находились нити до этого и какой прошёл срок, мы спокойно сможем сделать процедуру ультразвукового СМАС-лифтинга. Я говорю так размыто, потому что у каждой процедуры есть разновидности. Понятие нити – это не одно понятие, Понятие гиалуроновой кислоты – это не одно понятие. Слои уложения этой ГК, понятие, где она в данный момент находится – это тоже не одно понятие. И вот чтобы сказать про интервалы нужно понимать, какой конкретно материал и где он находится. И можно тогда уже точно сказать можно или нельзя, или можно, но с четом какого срока.

— Хочется спросить про рассасывающиеся нити. Они должны дойти до какой-то стадии рассасывания дойти?

— Для того, чтобы пациенту было более понятно, я бы назвала срок в районе шести месяцев, потому что нужно понимать, что мы каждую процедуру, сделанную нами или сделанную нашими коллегами, тоже должны беречь. Она же была сделана для чего-то. Например, мы говорим про какую-нибудь процедуру, сделанную в том же месте, в котором предполагается воздействие ультразвука. Нам нужно понимать, что эта процедура была сделана, например, те же нити – они были поставлены с какой-то целью. Мы должны дождаться если не полного периода биодеградации, то хотя бы частичного действия этих нитей в тканях. Т.е. мы не должны перебивать одну технологию другой. Грубо говоря, начать разрушение нитей, которые не полностью выполнили свою работу. Это не корректно не по отношению к пациенту ни по отношению к проведенным манипуляциям. Поэтому могу условно сказать, не понимая про какие нити идет речь, мы скажем по максимуму – где-то через полгода после установки пациент может прийти на консультацию к врачу и задать интересующие вопросы. Врач будет оценивать процедуру или препараты, которые были выполнены – сроки будут оговорены для него индивидуально.

— А процедура ультразвукового СМАС-лифтинга, например, при наличиях в тканях филлеров может выполняться или нет?

— Выполняться может. Но мы с вами уходим в ту же самую плоскость. Если ко мне пришел пациент и я вижу показания к процедуре ультразвукового СМАС-лифтинга и у него, условно, находятся филлеры в зоне носогубных складок или в зоне лба, или были в губах, например, филлеры. Я говорю простыми фразами, но я имею в виду, что есть некоторые области, которые в принципе мне не помешают планировать эту процедуру в ближайшее время. Даже если я вижу этого пациента в первый раз, но мне в анамнезе рассказал, что у него в течение последнего месяца был сделан ряд каких-то процедур. Но я вижу, что по областям мне совершенно не мешает.
Но если вдруг получается, что и поставленные филлеры, и процедура предполагаемая будет перекликаться по области воздействия, вот здесь безусловно нужно понимать, в каком слое стоят филлеры, воздействуем ли мы сейчас на этот же слой. Потому что у пациента могут быть красиво оформлены скулы, но при этом в очень глубокой технике. Которая не мешает проведению этой процедуры. Если сделаны были филлеры в тот же слой, в котором будет проведена процедура, например в области ПЖК, да ещё и в проекции предполагаемого проведения высокоинтенсивного сфокусированного ультразвука. Вот здесь мы ограничиваем сроки и опять же мы идем от того, что нам жалко сделанную процедуру в первую очередь, она была ради чего-то сделана. Мы дожидаемся периода хотя бы полудеградации, что в целом заявленная процедура выполнила отчасти свое предназначение и дальше смотрим, а как теперь нам добавить к существующему результату воздействие ультразвуком.

— Какие зоны вообще не подлежат обработке этой методике ультразвукового лифтинга?

— Не подлежат обработке области вокруг глаз, заходящие за костный край орбиты. Мы работаем только по костному краю. Также не подвергаем воздействию ореолы молочных желез. В этих областях мы ни на какой глубине работать не будем.

— Был вопрос на счет обработки зон лба. На сколько есть смысл в обработке этой зоны? Ведь ПЖК там практически нет.

— Если правильно судить о терапевтических возможностях мы говорим не об истинном лифтинге, которое выполняет только хирургическое вмешательство. Мы говорим о ложном лифтинге. С помощью ультразвука мы сможем создать визуально уменьшенный объем и площадь обработанной области: сделать более компактным лицо, придать большую четкость чертам лица, слегка поспособствовать перемещению ткани. Отсюда работать в области лба мы однозначно можем, но в силу анатомических особенностей будет использована разная глубина воздействия, если мы будем сравнивать с нижней и средней частью. Мы проводим эту процедуру в этой области для сокращения площади мягких тканей. Это зависит от того, какой уровень ПЖК у данного пациента, на сколько выражен птоз век (на сколько произошли возрастные изменения на момент осмотра), а также от состояния в целом мягких тканей, в т.ч. и поверхностных. Мы работаем в области лба, но мы не создаем альтернативу эндоскопическому лифтингу.

— Как ультразвук влияет на нервы и сосуды, которые расположены на тех тканях, которые подвергаются обработке? Они же нагреваются до высоких температур?

Мы воздействуем на определённые глубины, но у нас нет задачи прогревать конкретные структуры. Это, наверное, то, чего больше всего боятся люди: «А что будет, если ультразвуковое воздействие попадет в проекцию прохождения магистральных сосудов или нервов?».

Для того, чтобы повредить сосуды или нерв до такой степени, чтобы это несло осложнения, нужно по большому счету «постараться». При современном использовании данного оборудования мы уже не говорим об осложнениях, как о случаях часто встречаемых, или случаях, которые будут однозначно следовать процедурой. Мы используем такие протоколы работы, при которых минимизированы эти риски. При попадании, даже если предположить, что ультразвук сфокусируется в проекции прохождения нерва и слегка его заденет, это не будет создавать проблему.
Важно понимать, что мы сейчас говорим об аппаратах, которые зарегистрированы на территории РФ (получено регистрационное удостоверение Росздравнадзора), мы говорим о выполнении этой процедуры врачом-косметологом и, соответственно, в клинике. Эти составляющие являются основными для того, чтобы пациент был в безопасности.

— А не рискуют ли люди своим здоровьем и красотой, ходя по каким-то акциям? Они сравнивают совершенно разные по уровню, безопасности и качеству работы, и по уровню того, кто исполняет. Сравнивают только по цене, полагая что они получат одно и тоже. Этот подход не жизнеспособен?

Да, абсолютно не жизнеспособен. Мы отсюда получаем негатив и дискриминацию метода. Вот, что это обидно. Обидно за разные методы, которые есть в косметологии. Большую, чем компрометацию мы обратной связи и не получим, если процедура была проведена специалистом, которому нельзя выполнять эти процедуры, или на оборудовании, котором нельзя использовать для этой процедуры. Поэтому уважаемые пациенты, если вы хотите обезопасить себя, то в первую очередь поймите, что любая процедура должна быть проведена врачом, на легальном аппарате или легальным препаратом. Как бы она не была «проста» в каком-то общем понимании, что, казалось бы, её может сделать абсолютно любой. Любой врач может в любой момент столкнуться с осложнением, но на то и доктор, чтобы в любой момент включить клиническое мышление и эту ситуацию разрешить. Человек без должного опыта и образования просто не знает как подобную ситуацию разрешить. Есть ряд эффектов, которые являются сопутствующими и их не стоит бояться, хотя они могут иногда дорасти до ранга осложнений.

— Какой-то уход требуется после процедуры. Может быть таблетки принимать какие-то? Ограничения какие-то?

Специального ухода после процедуры не требуется. Я рекомендую в течение первой недели не использовать домашние активные пилинги. Это может быть дополнительно к тому, что мы «правильному» воспалению глубоких тканей, добавляем небольшую воспалительную реакцию ещё и снаружи, на покровных тканях. И совпасть эти два вида дополнений могут в форме отека.

— Какие для себя аппараты выбрали вы?

— Сейчас я работаю на аппарате UCOS (производства компании BI&BE, Корея). Он отвечает тем критериям, которые необходимы мне для того, чтобы получать необходимый эффект, чтобы в принципе реализовать возможности этой технологии.

Для меня критериями выбора аппарата для ультразвукового СМАС-лифтинга являются:
— наличие регистрационного удостоверения Росздравнадзора;
— возможность варьируемых параметров для создания индивидуальных протоколов;
— процесс стабильности работы аппарата.
По этим критериям я выбираю любую технологию, любой аппарат. В данном случае я работаю на аппарате UCOS.

Смитнева Анна Сергеевна выбирает UCOS HIFU

— Очень много вопросов связано с тем, как пациенту определить на каком аппарате выполнять процедуру? Лучше всего обращаться к врачу, который для себя этот выбор сделал, или пациенту самому пытаться выбрать?

— Если мы возьмем любой пример из жизни, мы можем что-то выбрать себе сами. Например, бытовая техника, машина. Но есть определенные критерии, о которых нам расскажет специалист. С одной нам надо слишком много информации изучить самим, с другой стороны, мы можем что-то не понять, если у нас нет определенный знаний для этого.
Я бы порекомендовала опираться на выбор профессионала. Но это не исключает того, что каждый из нас может какие-то определенные моменты или критерии узнавать.
Например, в общем доступе всегда открытая информация от компаний, которые ориентированы на передачу информации до пациента в том числе: что это за оборудование, в чем его плюсы и т.д.
Теоретически пациент может мониторить по разным клиникам, поисковикам и т.д. И приходя на консультацию к доктору, он обязательно вместе с опросом расскажет, что это за метод, почему именно это оборудование и т.д.
В конечном итоге решение будет комплексное: доктор-пациент.

small_c_popup.png

обратный звонок

Оставьте заявку и мы перезвоним вам максимально быстро!